Юрий Шорчев Химмаш Саранск Мордовия

Один раз присяжные уже оправдали Юрия Шорчева, даст ли суд ему возможность рассказать правду второй коллегии?

Продолжаем знакомить почтеннейшую публику с прямой речью Юрия Шорчева в Верховном суде республики Мордовия. Ранее мы уже публиковали стенограмму выступления по вопросу как начинался его бизнес в 90-е годы. Сегодня – рассказ про знакомства и отношения с другими обвиняемыми по делу и прочими лицами, которых упоминают в ходе процесса. Обращаем ваше внимание, что данное выступление Юрия Шорчева было еще на первом, аннулированном, суде – когда присяжные признали подсудимых невиновными – и теперь позиция председательствующего судьи и заключается в том, что рассказы о бизнесе подсудимых и их деловых взаимоотношениях не имеют отношения к делу. Ну еще бы… Поэтому теперь, ожидающийся вскоре новый допрос Юрия Шорчева в суде, наверняка попытаются свести к разрозненным обрывочкам, не складывающимся в общую картину. Ведь именно целостная картина деятельности Шорчева, а не выдумки прокурора, представляют для обвинения наибольшую угрозу. В то же время, взаимоотношения Юрия Шорчева и остальных фигурантов по делу – крайне важны для правильного понимания сути происходящего… Восполняя этот ожидаемый пробел, мы размещаем этот текст – вашему вниманию конспект показаний Шорчева, данных им на первом (логично проигранном обвинением) процессе.

— Со Станиславом Пегановым я познакомился, когда он еще на первой своей супруге был женат, мы дружили семьями. А Лариса Романовна Пеганова – это третья его жена. В 1995 году Пеганов скрывался от каких-то криминальных разборок, он тогда у меня жил какое-то время, потому что у меня его никто не стал бы искать. Ведь я никогда ни от кого не скрывался и никого не боялся, поэтому меня не надо приписывать к темным сторонам бизнеса Борисова, или Пеганова, или Чуракова. Мы с Пегановым дружили, да, но о чем бы то ни было незаконном – не разговаривали никогда, у него была своя часть жизни, в которую он меня не посвящал.

С Сергеем Ковалевым я даже не помню как познакомились… Помню товар с «Лисмы» — лампочки — бартером поменял на «Дэу», а Ковалев купил у меня ту машину за наличку со скидкой. Ближе общаться с ним начали только примерно к 2004 году. А Оськин, например, с 1995 по 1999 в Москве жил вообще постоянно, а не в Саранске, но ему тут что-то вменяется в вину в Мордовии за эти годы…

Потом уже в 2000-х у меня новые формы бизнеса появились. Тогда с Ковалевым мы открыли компанию по торговле нефтепродуктами. Но без Борисова, а точнее его связей это было бы невозможно. Сеть АЗС «ОПТАН» — о ней речь. 5-6 компаньонов нас в этом деле было, штаб-квартира в Саранске, всего 90 заправок по России…

Я снова занялся шахматами тогда, Хайров, Ковалев, даже Чураков – давали деньги на профессиональную команду (существовала с 2005 по 2009 год), мы поднялись в Премьер-лигу российского профессионального шахматного чемпионата…

С Александром Панькиным мы познакомились еще в школе, где-то в 5 классе, мы вместе учились, но потом долго не виделись. Только в 2003 году, когда «Купрей-Авто» стоянку машин открывал на Химмаше, Панькин стал моим распорядителем по стоянке. Мне тогда не хватало людей на которых можно было положиться, а у него там какие-то долги были по Рузаевскому рынку или что-то такое, и на него люди какие-то наседали. Я ему сказал: ты закрой все свои старые вопросы и давай вместе работать. Стас Пеганов его отмазал от всех этих ребят. А мне вменяется что я якобы еще в 2000 году с Панькиным создал преступное сообщество, но я его только в 2003 году встретил… Встретились в общем тогда с должниками, с Олегом Гуниным, в районе 1 миллиона рублей Панькин в тот рынок вложил, ну и Панькин согласился, что он уходит без ничего, но и ничего больше не должен. И мы начали строить стоянку. 50% на 50% мы с ним вложились, в итоге, в этот стояночный бизнес.

Потом уже он поехал как мой представитель на Алатырский завод, это 2005-2006 год примерно. На этом заводе я никогда даже не был, не успел, Саша там всем занимался…  У меня тогда много поездок междугородних было – бизнес в Москве, Нижнем Новгороде, элеваторы в Саратове… Потом Панькин переехал в Ковылкино на фанерный завод мой, а с Чураковым к тому времени из-за «ОПТАНа» уже испортились отношения, он требовал свою долю за то, что заправки «на его земле стоят». Панькин же после Алатыря уже быстро понял, где на заводе воруются деньги, почему прибыль не получаем. А Чураков выгоняет Панькина с завода, после чего окончательно испортились наши отношения. Но у меня был контрольный пакет в фанерном заводе, и мы поставили с учредителями Данилочкина директором, а Панькин финконтролер при нем. Долги у завода были серьезными – Ринат его к банкротству подводил, долги по зарплате рабочим почти за год были, я закрыл их из своих средств. Оживили производство. Поставки фанеры наладили, даже в Сочи отправляли – нашлись контакты там.

С Сергеем Оськиным мы познакомились где-то в 1976-78 году, ещё в наши дошкольные годы. В одном дворе росли, там поля футбольные, площадки и т.д. Наши сестры вместе в классе учились, и мы с ним в одной школе учились, но он на год старше меня. Однако, смотрите, он говорит многократно на всех допросах, что мы познакомились только в 1993 году, и с его слов меня обвиняют чуть ли не в десятке преступлений. Но врет даже в мелочах. Слово против слова… Говорит и пишет с чужих слов, что ему приказывают – вот что… Например, заявляет, что у лидера преступного сообщества должна быть кличка – говорит «Шахматист». Но у меня в жизни была только кличка Шорыч, не было никогда клички «Шахматист», это придумали и вложили Оськину в уста. Для солидности версии. Но неприязни к Оськину у меня нет и не было, я понимаю через что он прошел, что с ним делали…

И вот, по обвинению, якобы в 1997 году Оськин совершал какие-то преступления в Мордовии, но он жил в Москве в это время, был водителем у Борисова там в Москве… Позже мы ездили с Оськиным на шахматный турнир в Дагомыс, команду шахматную с 2005 по 2009 года содержали, я говорил, раза два тогда Оськин приезжал на наши турниры…

Дальше – в 2002 году – моя семья и компаньоны построили, не вложив своих денег, ТЦ «Дионис». Это был очень удачный, выгодный проект. Андрей Борисов сказал, что я должен 15% передать ему, мол такие правила. В итоге в 2005 году передали 15% «Диониса» Пеганову, а не Борисову (это примерно 40 млн. рублей по тем временам стоила такая доля предприятия). Профсоюз, прообраз МТПС, тогда вперед проплатил за места в «Дионисе», чтобы я мог его достроить. 80 мест под бутики выкупили вперед. Так всё срослось.

По той же схеме в 2003 году я хотел построить ТЦ в Нижнем Новгороде. В мае 2003-го я поехал в Нижний – площадку под стройку подобрать, документы подготовить. Борисов тоже был в числе организаторов этого проекта, но в нужный момент его нет, а пришло время для выкупа участка, который подобрали, на нем тогда находился старый кинотеатр «Спутник». Это сентябрь 2003 года – и я не могу найти Борисова. Подписывать контракты или не подписывать? Покупать или нет? Стас, Ринат – где Борисов? Нет его. В результате я объект этот упустил – объект из-за наших промедлений другие люди выкупили. Мне Борисов был нужен для реализации этого замысла, его связи и деньги, он был гарантом проекта в Нижнем Новгороде, а его нет… Мне больше всех было не выгодно его исчезновение в 2003 году…

Потерпевшие Юничев, Чекмарев, Грачев, Лемакин – я о них ничего не знаю, знаю только со слов Николая Кудашкина. Он брал у меня на реализацию товар, ботинки, немного денег не отдал в итоге и у нас испортились отношения, но суть не в этом, а в том, что Кудашкин мне про них рассказывал. Говорил, что у него был с ними конфликт, рассказывал о сгоревшем клубе на Химмаше. Там между Рашидом Грачевым и Кудашкиным был какой-то спор, противостояние и Кудашкин написал заявление на Грачева, в результате чего милиция установила, что поджог двери Кудашкина и т.д. происходили со стороны Грачева. Но это не привело тогда к каким-то последствиям. И больше про этих людей я ничего не знаю.

Манеров Рифат. Лично не знал этого человека, но имя было на слуху – серьезный такой бизнесмен 90-х годов. В аренде у него был магазин «Антрацит». После смерти Манерова этот магазин как был в управлении Храмова, так и остался у него. И с Русланом (сыном Манерова) поддерживает отношения моя супруга, у ней магазин белья в том же помещении, где Руслан хозяин. И если бы Манеровы думали, что я имею отношение к смерти Рифата – они бы явно не поддерживали дружеские отношения с моей семьей.

Виттенберга я лично не знал. Бизнесмен средней руки, владел магазином «Варна», арендовал Пушкинский парк. После покушения на него, точнее хулиганских действий… Ведь как появилось покушение, из заветных слов Оськина что он «хотел убить» — так хулиганство перешло в раздел покушения. А в показаниях Виттенберга все ясно написано: кто, что и зачем к нему имел претензии. Причина – Пушкинский парк. Какой вообще резон покушаться, убивать? Смысл? Парк тебе все равно не перейдет, логики нет в этом обвинении.

Сюбаев – известная личность из 90-х годов, все его знали. Хотя мне лично он не был знаком, наши пути никак не пересекались.

С Валерием Арюткиным – мы познакомились в конце 90-х, познакомил, скорее всего, Андрей Михайлович Борисов, точно не помню. Борисов – многогранный человек был, возможно, это одна из его темных сторон. Арюткин вот из этого круга, где Ринат Чураков и ему подобные. Насколько я помню, Арюткин занимался металлом, газовыми заправками. Больше не помню, чем он занимался.

Ринат Хакимович Чураков – самая интересная личность в этом процессе. Его любимая поговорка: «лучший бизнес – это забрать плохо лежащий бизнес»… С ним мы познакомились в 98-99 году в Москве, познакомил Борисов. В то время Борисов и Чураков занимались возвращением долгов в Мордовию, проводили много времени в мордовском представительстве в столице. По какому точно вопросу мы тогда встречались – не помню, возможно строительство какое-то новое. И потом до конца 2003 года никаких отношения у меня с Чураковым не было. Только после пропажи Борисова у нас состоялся первый такой контакт, общение, от него поступило приглашение мне и Ковалеву поехать вместе отмечать новый год в Сочи. Там через турфирму, где его супруга директором была, сделали путевки по очень выгодной цене, мы не отказались…

Усманов. Откровенное говоря, вообще не понимаю, как его можно связать со мной. Парнишке 23-24 года было в 2001 году, его ничего не связывало ни с бизнесом, ни со мной. Ничего не могу сказа про него.

Козлов Александр Федорович – у нас с ним были, можно сказать, частично родственные отношения, до последнего времени. Он шахматист 1 разряда, мы с ним знакомы с моих детских пор, но он постарше меня. Вместе играли в одних турнирах, тренировались в одном шахматном клубе. С Александром Федоровичем мы общались очень близко, ездили друг к другу в гости, играли в шахматы, ночевали в гостях, если засиживались. И по обвинению я, якобы, у него отнял здание стоимостью 240 тысяч рублей, но дело в том, что Александр Федорович мне проигрывал гораздо большие суммы за день, всё оформлялось долговыми расписками, потом расходились без проблем. В 2004 году Александр Федорович как раз строил автосалон на Химмаше – «Империя Авто», вчетвером они там строили это здание. Но он был должен банку 90 млн. руб., поэтому распродавал свое имущество, предлагал мне свои какие-то объекты, однако мне это ничего было не нужно, и никому не нужно – там до сих пор стоит никому не нужный его недострой… Я помог ему тогда продать какие-то объекты, в общем, у нас были достаточно близкие, дружеские отношения и просто абсурдно обвинять меня что я мог что-то у него вымогать. То есть по обвинению получается, что в 2004 году я у него вымогал что-то через Панькина, а сам Козлов у меня вплоть до 2009 года ночевал и играл со мной в шахматы, не зная, что у него я и Панькин что-то вымогаем. Единственное что он мне говорил тогда – это предлагал купить то один объект, то другой… Да вы и сами слышали как Александр Федорович тут в суде сказал, что протокол показаний на следствии он даже не читал, и подтвердил, что никто у него ничего на самом деле не вымогал. Кстати, наши дружеские отношения с Козловым могут также подтвердить множество шахматистов города Саранска с которыми мы все вместе в разное время играли в шахматы. Наша городская шахматная группировка так сказать – десяток-другой человек.

Щулепов Сергей Александрович. Познакомились мы в 2002 году, познакомил нас тот самый свидетель Кудашкин Николай, о котором я говорил выше, в его бильярдной «7-я луза». У Щулепова был лимонадный цех, но были проблемы с распространением, за это были целые торговые войны в розничных сетях – трудно попасть на главные прилавки. И вот Щулепову понадобилась протекция, чтобы его запустили в магазины, входящие в наш профсоюз, который позже переоформился в МТПС (Мордовский Торгово-промышленный союз). Кудашкин порекомендовал его мне. Мы даже съездили с Щулеповым в Атемар, посмотрели производство, он угостил меня своим лимонадом, лимонад был вкусным… Я потом встретился с Борисовым, сказал что вот есть такой человек, хочет войти в наш бизнес-профсоюз. Андрей Михайлович дал добро, дал человека, который должен был провести Щулепова по магазинам и решить вопрос с реализацией его товара через нашу сеть. Ну, прежде всего, речь шла о магазинах «Русь», где тогда еще Олег Рогачев всем непосредственно руководил. Щулепов спросил, что насчет «крыши» и т.д. Я пояснил, что мы не крышами занимаемся, а условия для него – как и для всех остальных членов профсоюза – просто поддерживать корпоративную этику, отчислять какой-то незначительный процент (0,1% что ли тогда был с прибыли) как взнос и всё. Дело в том, что в тот момент Андрей Борисов собирался куда-то баллотироваться в депутаты и ему нужен был электорат, он наполнял профсоюз людьми, потому что ему нужна была поддержка из разных сегментов. Но в итоге он не стал сам баллотироваться, передумал, баллотировались другие люди от профсоюза, например, Артюткин Алексей (брат Валерия) стал депутатом сельсовета, ну там и другие люди от профсоюза избирались. Короче, Борисов тогда уже вел политику такую, чтоб профсоюзные предприятия никак не пересекались с какими-либо криминальными вопросами, следил за имиджем.

И вот буквально через месяц после вхождения в профсоюз, Кудашкин и Щулепов вдруг на собрании профсоюзной ячейки стали возмущаться, мол, что это за поборы такие, хотя там мизерные суммы реально были, я говорю… И на встрече их профсоюзной ячейки 70% предпринимателей женщины были, и вот они такие – что это за криминальное сборище?.. Меня руководитель профсоюзной ячейки потом спрашивает: кто это такие вообще, что происходит? Щулепова я больше не видел, а Кудашкину я сказал, что не хочу тебя больше видеть раз так, верни деньги за обувь, которую ты взял на реализацию, и мы расходимся. Он 300 тысяч рублей мне должен был вернуть за товар, но в итоге только 150 тысяч вернул и еще 150 сказал, дескать, попозже, да так и не вернул. Года через 2 после этого у него сгорела эта его «7 луза» из-за его конфликта с Грачевым. А Щулепова самого я видел всего 2 раза, при знакомстве и поездке на его объект. Больше у меня с ним не было никаких встреч, и никто с ним от меня не связывался. Зачем? Не хотят состоять в профсоюзе – не надо.

Окончание следует…